Страхование культурных ценностей, наверное, самый эксклюзивный вид страхования. Вернее, это подвид страхования грузов. Дело в том, что традиционно считается, что основные риски утраты или повреждения ценностей возникают при их перевозке.
Краткая методология
Страхование грузов, на основе которого построено страхование культурных ценностей – старейший вид страхования, условия которого отрабатывались в течение столетий. В настоящее время это страхование основывается на так называемых Оговорках института Лондонских страховщиков (Institute Cargo Clauses, ICC).
Главные оговорки, т.е. условия страхования – A, B, C. На российском страховом рынке они, соответственно, имеют следующие названия.
- С ответственностью за все риски.
- С ответственностью за частную аварию.
- Без ответственности за повреждения, кроме случаев крушения.
Не останавливаясь подробно на этой очень обширной теме, рассмотрим Правила страхования культурных ценностей СПАО “Ингосстрах”, безусловного лидера на российском рынке как по страхованию грузов, так и по страхованию культурных ценностей.
Какие риски можно застраховать
Последние Правила страхования культурных ценностей “Ингосстраха” утверждены приказом генерального директора компании 06.05.2019 года. Сразу же, в пункте 1 Правил написано, что договоры страхования культурных ценностей заключаются и исполняются “в соответствии со следующими видами страхования:
– страхование грузов “.
В пункте 2 Правил указывается, что “возмещаются убытки, происшедшие… в период транспортировки и экспонирования.
Договор страхования может быть заключен на основании одного из условий:
2.1. “С ответственностью за все риски”…
2.2. “Без ответственности за повреждения, кроме случаев крушения”.
Поскольку подавляющее большинство договоров заключается на условии “С ответственностью за все риски “, рассмотрим именно это покрытие. В соответствии с пунктом 2.1.1. возмещаются “повреждения, полная гибель или утрата всех или части культурных ценностей, произошедшие по любой причине, кроме случаев, предусмотренных в пункте 4 Правил…”
В пункте 4 наибольшую важность и интерес имеет первый подпункт.
Итак, пункт 4: “Не возмещаются гибель и повреждения культурных ценностей вследствие:
1. естественного изменения (износа), постепенного обветшания, наличия внутренних скрытых дефектов культурных ценностей.”
То есть, забегая вперёд к вопросу о страховании “Троицы”, то что больше всего волнует специалистов при передаче иконы из Третьяковской галереи и, соответственно, изменения условий ее хранения покрываться страховкой ни в коем случае не будет.
Но это ещё не единственный возможный казус при страховании культурных ценностей.
Мутная история с “Ай-Петри”
Обычно в Правилах страхования культурных ценностей предусматривается возможность действия договора страхования только в период экспонирования или транспортировки, что, конечно, удешевляет страховку. При этом надо иметь в виду, что когда культурные ценности не перевозятся куда-то, а просто экспонируются или находится в запасниках, они, как правило, не страхуются.
В январе 2019 года в Третьяковской галерее произошло ЧП. С выставки Куинджи, проходившей в Инженерном корпусе, похитили картину художника “АЙ-Петри. Крым”. Картины для выставки были привезены в Третьяковку из Русского музея в Санкт-Петербурге и должны были страховаться.
Первоначально в Минкультуры сообщили, что картины выставки застрахованы в якутской страховой компании компании “Стерх” (в октябре того же года лицензия у компании была отозвана за невыполнение требований ЦБ), а страховая стоимость украденной картины составляет порядка 12 млн. рублей. Однако стали появляться заявления, что музей страховую выплату может не получить, так как картины были застрахованы только на период перевозки. И это вроде бы подтверждалось информацией с сайта госзакупок. Впоследствии в Минкультуры заявили, что страхование полотен на период экспонирования было покрыто страховым брокером “Societe de Courtage en Reassurances S.A.” Представитель российской дочки брокера ООО “Сосьете де Куртаж Ре” воздержался от комментариев.
По определению страховой брокер ничего не может “покрыть”. Он может только организовать размещение риска в страховых (перестраховочных) компаниях. При этом, в соответствие с российским законодательством, первоначально объект должен быть застрахован в российской страховой компании. К счастью для всех, по горячим следам злоумышленника задержали, похищенное полотно обнаружили, а историю со страхованием замяли.
Сколько стоит страхование культурных ценностей
По сложившейся практике страховой тариф на страхование крупных выставок составляет от 0,1% до 0,8% в зависимости от условий перевозки и надёжности охраны, для единичных предметов искусства от 1% до 3,5%.
В приведенном выше примере страховая компания “Стерх” получила страховую премию в размере 695,5 тыс. рублей, страховая стоимость 161 картины выставки была определена в 3,231 млрд. рублей, т.е. страховой тариф составил примерно 0,215%.
Министерское письмо
Что касается экспонатов российских музеев, то условия их страхования определены в Письме Министерства культуры РФ от 14.05.2016 165-01-39-ВА.
Как указано в Письме “страхованию подлежат любые музейные предметы… относящиеся к Музейному фонду Российской Федерации, в случае их выдачи во временное пользование как на территории РФ, так и за ее пределами.”
Интересен пункт, определяющий, что “музейные предметы, в отношении которых осуществляется страхование, должны быть четко и определенно названы во всех документах, сопровождающих этот процесс (заявление на страхование, договор страхования, страховой полис и другие) – “музейные предметы”. Это определение не должно заменяться на иные смысловые аналоги (экспонаты, произведения искусства, картины и т.д.).”
Страхование должно осуществляется на условии “От всех рисков” (“All risks”).
Оценка музейных предметов для заключения договора страхования устанавливается решением Экспертной фондово-закупочной комиссией музея (протокол ЭФЗК), в оперативном управлении которого находятся заявленные к выдаче во временное пользование музейные предметы. Решение ЭФЗК является окончательным и не подлежит пересмотру со стороны любых заинтересованных лиц.
Далее идёт раздел “Требования к обеспечению страховой защиты”. По крайней мере одно из требований этого раздела на данный момент даже теоретически не может быть выполнено:
– при совокупной страховой оценке экспонатов, превышающей 10 млн. долларов США, страховщик обязан обеспечить факультативное пропорциональное перестрахование в ведущих мировых страховых компаниях, специализирующихся на страховании музейных предметов или синдикатах Ллойда, на условиях, соответствующих международной практике страхования культурных ценностей, при этом оставляя на собственном удержании не более 10% риска или не более 10 млн. долларов США.
Дело в том, что статья 3 Федерального закона от 14.03.2022 55-ФЗ запрещает российским страховщикам заключать сделки со страховщиками, с перестраховщиками и со страховыми брокерами из недружественных стран. Этот запрет действует сейчас до 31 декабря 2023 года, но скорее всего будет продлен.
Страховка, покрытая тайной
Как известно, 4 июня 2023 года, несмотря на возражения профессионалов, “Троица” Андрея Рублева из Третьяковской галереи была перевезена в храм Христа Спасителя.
19 июля икона из храма была доставлена в Центр Грабаря для исследования и возможной реставрации. В дальнейшем икона будет перевезена в Троице-Сергиеву Лавру. До этого, 12 июля министр культуры РФ Ольга Любимова и Патриарх Кирилл утвердили договор между Государственной Третьяковской галереей и Троице-Сергиевой Лаврой о передаче на 49 лет в безвозмездное пользование Лавре иконы “Троица” Андрея Рублева.
В комментарии руководителя правового управления Московской Патриархии игумении Ксении (Чернеги), опубликованном на сайте РПЦ, говориться, что согласно этому договору “страхование иконы от рисков утраты, гибели или повреждения при упаковке и транспортировке, а также на весь период пребывания в Лавре осуществляется в пользу Государственной Третьяковской галереи за счет привлеченных средств.”
Какая же страховая компания будет страховать (или уже застраховала) шедевр? В июле этого года Агентство страховых новостей (АСН) провело на этот счёт опрос крупнейших страховых компаний. Представители всех страховщиков дружно прикусили языки или промолчав, или заявив о неучастии в таком страховании, или отделавшись общими словами. О том, страховалась ли икона до этого тоже ничего не известно.
Цена вопроса
Как известно, цена страховки напрямую зависит от стоимости объекта страхования. Как было написано выше, оценку музейных предметов для заключения договора страхования осуществляет Экспертная фондово-закупочной комиссия. Понятно, что для таких экспонатов это решение политическое. Еще в 2009 году бывший министр культуры Александр Авдеев сравнивал стоимость иконы со стоимостью картины “Мона Лиза” Леонардо да Винчи. Министр сообщал, что оценочная стоимость приближается к 600 млн. долларов США, а цена страховки за три выставочных дня может составить 4 млн. долларов.
По осторожным экспертным оценкам страховая премия в данной ситуации может составить 25 – 45 млн. рублей в год.
Церковно-государственное партнерство
В любом случае, стоимость музейного предмета “Троица” значительно больше 10 млн. долларов США и в соответствии с министерским письмом и здравым смыслом страховая ответственность по нему должна быть перестрахована. Западный рынок перестрахования для российских страховщиков в настоящее время закрыт (подробнее о ситуации в перестраховании здесь). Российский страховщик, застраховавший подобный объект, может (и обязан) значительную долю ответственности (и страховой премии) передать в Российскую национальную перестраховочную компанию (РНПК). Однако это будет банальным перекладыванием средств из одного бюджетного кармана (музейного) в другой – стопроцентную дочку ЦБ. То, что в комментарии игумении Ксении названы “привлеченные средства” – это некоторое лукавство. В случае страховой выплаты основная ее часть будет выплачена бюджетной РНПК бюджетному музею.
Получается довольно парадоксальная ситуация. Более ста лет (начиная с 1918 года) икона восстанавливается, реставрируется, сохраняется на бюджетные деньги. Создается уникальная дорогостоящая капсула для поддержания необходимых климатических условий.
Потом икона передаётся в пользование РПЦ. Патриарх удовлетворяет свое тщеславие и демонстрирует аппаратный вес. Лавра начнет зарабатывать на дополнительном потоке паломников, абсолютному большинству которых в голову не приходило за небольшую плату прийти в Третьяковку и, при желании, часами в спокойной обстановке созерцать икону. Перевозка и нахождение шедевра в Лавре страхуется за бюджетный счет. Основная часть страховой премии достается бюджетной перестраховочной компании. При этом неизбежные повреждения иконы из-за невозможности обеспечения необходимых климатических условий страховкой не покрываются.
При достижении очередного критического состояния икона опять будет передаваться в музей, где ее с еще большим усердием начнут реставрировать на бюджетные средства. Все, за исключением, может быть, узкого круга профессионалов, довольны. И все это удовольствие за бюджетные, т.е. наши, деньги.
Не все так грустно
И всё-таки, там где не присутствует политика, страхование культурных ценностей в целом нормально работает и выплаты при страховых случаях осуществляются. Самым известным страховым случаем на российском рынке, связанным с предметами искусства, стало повреждение полотна Рембрандта “Портрет пожилой женщины” из Пушкинского музея в 2001 году во время поездки картины в США.
Крепеж разорвал холст в нижнем углу на 7,5 см. Тогда из Москвы в Хьюстон вылетел реставратор, который заделал все повреждения. Застраховал картину “Ингосстрах”, перестраховав 90% риска в синдикатах Lloyd’s через брокера Marsh McLennan.
Согласно полису, страховщики были обязаны компенсировать не только реставрацию, но и снижение рыночной стоимости картины. Насколько подешевел отреставрированный Рембрандт мнения разделились. Эксперт, приглашенный музеем, посчитал, что на 15%, эксперт со стороны страховщиков – на 5%. После долгих споров сошлись на 10%.
В итоге, через два года после страхового случая, “Ингосстрах” выплатил Пушкинскому музею 3,6 млн. рублей, а Lloyd’s – 1 млн. долларов США.
Выплаты – ничто, имидж – всё
Надо признать, что объем страховых премий по страхованию культурных ценностей, как и страховых выплат по нему ничтожен по сравнению с общим объемом страховых операций. Однако страхование музейных шедевров мирового значения и тем более страховые выплаты по громким случаям имеют огромное имиджевое значение для компаний, участвующих в процессе.
Поэтому будем надеяться, что со временем, при необходимости страхования предметов, подобных творению Андрея Рублева, российские страховщики будут не отмалчиваться, а жестко и публично конкурировать за право участия в таком страховании, как и международные перестраховщики за право принять часть ответственности.
