Эта статья кардинально отличается от предыдущих. Это небольшой экскурс в историю, с целью не только коснуться темы малоизвестного у нас дореволюционного страхования, но и показать насколько казусы, связанные со страхованием могут быть интересными и даже трагичными.
Выстрел в Каннах
13 (26) мая 1905 года на Лазурном берегу в шикарном номере каннского “Роял-отеля” застрелился знаменитый российский предприниматель и меценат Савва Тимофеевич Морозов. В тот момент он был фактически отстранен от руководства своими фабриками.
По официальной версии, из-за этого душевное здоровье 43-летнего фабриканта оказалось на грани глубокого кризиса и он не смог пережить депрессию.
Вскоре после гибели предпринимателя стало известно, что его жизнь была застрахована на 100 000 рублей. В то время, это была огромная сумма, никак не меньше современных 150 млн.рублей. Например, ежемесячное жалование тайного советника (очень высокий чин) составляло 500 рублей.
Для получения страхового возмещения полис предъявила гражданская жена А.М.Горького актриса Мария Федоровна Андреева (урожд. Юрковская, по мужу Желябужская). Эта женщина была известна своими ролями в Художественном театре (сейчас МХАТ), близким знакомством с Саввой Морозовым и… приверженностью к марксизму. Родственники покойного обратились в суд, оспаривая законность выплаты, но проиграли. В итоге деньги были выплачены Андреевой, а затем большая их часть оказалась в распоряжении Ленина и большевиков.
Полис какой страховой компании и на каких условиях приобрел Савва Морозов? Этой информации нет, по крайней мере в открытых источниках. Авторов, которые пишут об этой истории интересуют прежде всего личная жизнь персонажей и было ли это самоубийство или убийство, причем большинство склоняются ко второму варианту. Однако детали документа, который мог стать причиной убийства никого особо не интересуют. Попробуем выяснить это логическим путем.
Страховой рынок в дореволюционной России
В России страховое дело берет свое начало от учреждения в 1827 году “Российского страхового от огня общества”. Компания имела мощную государственную поддержку, льготы и 20-летнюю монополию на страхование в крупных городах. В 1835 году было учреждено “Второе Российское страховое от огня общество”, а в 1846 – страховое общество “Саламандра”.
Как видно из последнего названия, символом общества стала саламандра – ящерица, согласно мифологии, несгоравшая в огне, а слоганом “Горю и не сгораю”. Во всех этих обществах активное участие принимали чиновники, высшие должностные лица государства являлись их учредителями.
Таким образом, в этот период в России сложилась “частно – государственная” монополия на страхование. Перечисленные три общества поделили между собой сферы влияния на территории империи и работали на единой системе страховых тарифов.
Новый этап развития страхового дела в России связан с появлением коммерческого страхового рынка, не связанного тесным образом с государственными структурами. Для этого периода характерно возникновение новых акционерных обществ без монопольных привилегий (“Санкт-Петербургское” и “Московское” – 1858 г., “Русское” – 1867 г., “Коммерческое” – 1870 г., “Варшавское” – 1870 г., “Северное” – 1871 г., Якорь” – 1872 г.). Согласно закону, резервы компаний должны были составлять не менее 40% ежегодных страховых премий. Эти средства инвестировались в государственные ценные бумаги и недвижимость.
Самое известное страховое акционерное общество дореволюционной России – страховое общество “Россия” было основано в 1881 году. Его учредителями являлись группа влиятельных банкиров. Правление компании находилось в Санкт-Петербурге. Главную ставку общество делало на страхование жизни, а не недвижимости, как большинство других страховых компаний.
Благодаря широкой и агрессивной рекламной кампании общество сразу же приобрело известность и популярность. Сделки заключались при помощи многочисленных агентов, разъежавших по стране, в связи с чем было много случаев злоупотреблений со стороны мошенников, выдававших себя за страховых агентов этого общества.
Также в дореволюционной России действовали иностранные страховые компании (“Нью-Йорк” – США, 1885 г., “Урбен” – Франция, 1889 г., “Эквитебл” – США, 1889 г.). Занимались они в основном страхованием жизни и подчинялись общей системе государственного надзора.
Всего в начале 20-го века в России было 11 компаний, которые занимались страхованием жизни, из них – 3 иностранные. Наиболее известными из российских компаний были “Россия”, “Якорь”, “Саламандра”.
На каких условиях был выдан полис
Существует три основных вида страхования жизни. В современных российских формулировках это рисковое (кредитное) страхование жизни, накопительное и инвестиционное. Подробно об этих видах страхования жизни можно прочитать здесь, а кратко особенности их следующие.
Рисковое страхование жизни – в настоящее время применяется в основном при выдаче кредитов. За относительно небольшую плату (в пределах нескольких процентов в год от страховой суммы) страхуется риск смерти страхователя от несчастного случая. Риск смерти по другим причинам (болезни, самоубийства) не покрывается или покрывается только через достаточно большое время после заключения договора. До революции практика заключения таких договоров несколько отличалась от современной. Договор заключался на длительный срок, вплоть до 50-60 лет в зависимости от возраста страхователя. Устанавливалась страховая сумма.
Страхователь ежегодно или чаще платил небольшие взносы (в пределах нескольких процентов в год от страховой суммы). Через оговоренный срок наступала ответственность страховой компании выплатить выгодоприобретателю всю страховую сумму в случае смерти страхователя. В случае дожития страхователя до окончания срока полиса ему также выплачивалась страховая сумма, которая процентов на 30 была меньше суммы взносов, внесенных за все время страхования. Эта разница оставалась в страховой компании, как плата за риск возможной выплаты страховой суммы в случае ранней смерти страхователя, когда сумма внесенных взносов могла быть значительно меньше этой выплаты.
Накопительное страхование жизни – долгосрочный договор (5-30 лет), при котором страховые взносы платятся регулярно – ежегодно, ежеквартально, ежемесячно. В случае дожития страхователя до окончания договора, ему выплачиваются внесенные взносы плюс небольшой, но гарантированный доход. В случае его смерти до окончания срока договора выгодоприобретатель получает внесенные страховые взносы, как правило, без начисленного дохода.
Инвестиционное страхование жизни – среднесрочный (3-7 лет) договор, при котором страховой взнос платится единовременно. После окончания срока договора страхователю выплачивается или небольшой гарантированный доход или негарантированный, но потенциально высокий доход, зависящий от результата инвестирования внесенных средств. В случае преждевременной смерти страхователя выгодоприобретатель получает внесенный взнос без какого-либо дохода.
До революции эти виды страхования назывались соответственно: страхование на случай смерти (в первом случае) и страхование на дожитие (в двух остальных).
Возвращаясь к истории с Саввой Морозовым, заметим, что во всех источниках говорится о приобретении им полиса незадолго до смерти. В случае, если бы это был полис рискового страхования, невероятно чтобы страховая компания безоговорочно выплатила такую гигантскую сумму в случае официально подтвержденного самоубийства, которое в течение определенного срока является однозначным исключением из страхового покрытия.
Рассмотрим вариант накопительного страхования жизни. В интернете можно найти некоторое количество изображений заполненных полисов того времени.
Например, на одном из полисов Страхового общества “Россия” при сильном увеличении можно прочитать, что некоторая женщина (фамилию разобрать трудно) приобрела полис, по которому она в течение 12 лет четыре раза в год уплачивает страховой взнос в размере 111 руб. 39 коп. В случае дожития она получает 6000 руб., т.е. за весь период вносится 5347 руб., а выплачивается сумма несколько бОльшая. В случае ее смерти до окончания договора предъявитель полиса получает только внесенные на момент смерти взносы. То есть через год выгодоприобретатель получил бы всего 445 руб. 56 коп.
Маловероятно, что Савва Морозов приобрел полис на подобных условиях и примерно за год внес 100 000 руб. взносов. Тогда бы за 10 лет (на меньший срок такие договоры, как правило, не заключались) он должен был внести примерно 1 000 000 руб., а это для одного страхового полиса сумма практически нереальная.
Остаётся вариант, который в современной терминологии называется инвестиционным страхованием жизни. Скорее всего Савва Тимофеевич заплатил единовременный взнос по полису страхования жизни со сроком на некоторое количество лет. Через этот срок страховая компания должна была бы выплатить ему эти 100 000 руб. с каким-то доходом, но так как раньше наступила смерть, предъявитель полиса – госпожа Андреева получила только эти сто тысяч.
Какая компания выдала полис
Вряд ли можно дать стопроцентный ответ на этот вопрос, не увидив самого полиса (если на данный момент он вообще существует). Из трех названных выше российских страховых компаний, занимавшихся страхованием жизни самой крупной была “Россия”. Однако эта компания, как и в определенной степени “Якорь” были, говоря современным языком, “агентскими” компаниями. А такие компании – не самый подходящий вариант для приобретения полиса на такую сумму, тем более что это приобретение носило конфиденциальный характер – без ведома семьи. “Саламандра” из этих компаний была самым старым обществом, с солидными учредителями и руководством.
Но что ещё более важно, по условиям страхования этой компании для того чтобы такой случай, как самоубийство перестало быть препятствием для выплаты должен был пройти один год с момента заключения договора, в то время как по условиям “России” – три года, а по условиям “Якоря” – пять лет. Насколько нам известно, полис вряд ли был приобретен за три или более лет до смерти фабриканта, то есть в случае страхования в “России” или “Якоре” были бы проблемы с получением возмещения.
Конечно, прежде всего это важно при “рисковом” страховании жизни, когда компания несет прямой убыток. При двух других вариантах компания просто возвращает “одолженные” страхователем деньги. Однако, если бы этот срок не был соблюден, то с большой вероятностью компания попыталась оспорить выплату или, по крайней мере, затянуть ее до окончания срока действия полиса. Ведь деньги были вложены куда-то и изъять в срочном порядке такую сумму совсем не просто и сопряжено с убытками. Однако о таких попытках ничего не известно.
Поэтому с наибольшей вероятностью страховой полис “на дожитие” с единовременным взносом был приобретен в Страховом обществе “Саламандра”.
Здравый расчет или умопомрачение?
Может возникнуть вопрос: если по условиям страхования “Саламандры” уже через год после оформления полиса такой случай как самоубийство перестает быть препятствием для выплаты, то почему это не мог быть полис рискового страхования “на случай смерти”? Страховое общество “Саламандра” имело более, чем полувековой опыт работы и грамотное квалифицированное руководство (управляющим в то время был Николай Алексеевич Белоцветов), а проблемы Саввы Морозова с психическим здоровьем и его “чудачества” не были секретом.
Маловероятно чтобы руководство компании согласилось оформить полис страхования “на случай смерти” такого человека и на такую сумму без значительного увеличения срока ограничения по выплате. Слишком велик был риск. А в случае страхования “на дожитие” компания ничем не рисковала, а просто брала сумму страховой премии во временное пользование.
При этом ничем не рисковал и Савва Морозов – в случае его дожития до окончания срока полиса, он получил бы внесенные деньги плюс какой-то доход и это было бы более или менее удачным вложением капитала.
Также ничем не рисковала и госпожа Андреева. При рисковом страховании жизни взносы вносятся ежегодно или чаще, а в случае неуплаты очередного взноса действие полиса прекращается. Морозов при таком варианте мог забыть или прекратить оплату взносов и тогда в случае его смерти она ничего не получила, а при единовременном внесении взноса такого риска не было.
Почему же Савва Морозов решил обеспечить женщину, которой был увлечен именно таким способом – через страхование? Можно предположить, что зная характер и привычки Марии Андреевой, а также ее тесную связь с большевиками (она стала членом РСДРП в 1904 году), он справедливо полагал, что просто дать ей денег или открыть на ее имя счет в банке просто неразумно.
Завещание также не было хорошим вариантом. Во-первых, права собственности в семье Морозовых были достаточно запутаны. Например, собственником текстильных фабрик был не Савва Тимофеевич, а его мать. Во-вторых, завещание могло быть оспорено многочисленными родственниками (особенно, учитывая “чудачества” завещателя) и это оспаривание могло длиться годами на потеху публике.
И здесь стоит отметить одну особенность выплат по договорам страхования жизни как до революции, так, кстати, и в настоящее время – на них не распространяется наследственное право. То есть кто предъявил полис или указан как выгодоприобретатель, тому и деньги.
Также можно предположить, что вряд ли Савва Морозов – совсем не старый, физически крепкий человек, один из богатейших людей России всерьез думал о скорой смерти, когда приобретал полис “на дожитие”. Но передавая этот полис своей пассии, он дополнительно привязывал ее к себе. Ведь срок такого полиса конечен и он мог или продлить его или просто забрать деньги. И здесь неминуемо возникает вопрос: был ли этот полис причиной его возможного убийства?
Товарищ Феномен
Именно так называл Марию Андрееву сам Ленин. Надо признать, что Владимир Ильич дал довольно точное определение этой женщине – дворянке, актрисе, революционерке, гражданской жене Горького и возлюбленной Саввы Морозова в одном лице.
Она родилась в 1868 году в Санкт-Петербурге. Ее отец Федор Федоров-Юрковский служил в Александринском театре, мать, урожденная Мария Лилиенфельд, происходившая из старинного остзейского дворянского рода, была известной в то время актрисой. Замуж Мария Юрковская вышла очень рано за сделавшего хорошую карьеру чиновника, действительного статского советника Андрея Желябужского, он был старше ее на восемнадцать лет. У них родились двое детей — Юрий и Екатерина.
В начале 1890-х семейство перебирается в Москву, где Андрей Алексеевич был назначен главным контролером Московского железнодорожного узла. Его супруга много играла в любительских спектаклях — в то время это было одной из любимых форм досуга для светской красивой и молодой женщины. Тогда она и взяла себе короткий псевдоним — Андреева.
Она заводит знакомство с Константином Станиславским, который в эти годы создает Московский художественный театр. В труппе были очень хорошие актеры-мужчины, но нужна была актриса на роли нежных романтических героинь, и ею становится Мария Андреева.
Тогда же она знакомится и с Саввой Морозовым, который ей сильно увлекается и благодаря этому становится главным спонсором Художественного театра. Именно он построил здание для МХТ в Камергерском переулке. При этом он спонсировал не только театр, но и большевиков, скорее всего благодаря той же Марии Федоровне. По разным слухам, он выделял на нужды партии по 2000 рублей в месяц. В то время это были очень хорошие деньги.
Чем ближе к трагическому происшествию в Каннах, тем больше становится неподтвержденных слухов и интерпретаций. Вроде бы Савва Морозов после событий начала 1905 года разочаровался в большевиках и перестал их финансировать. Рабочие на его фабриках, которым он создал условия значительно лучшие, чем на других предприятиях, бунтовали не меньше остальных. То ли они отстранили его от управления, то ли это сделала его мать. То ли он был в глубокой депрессии, усугубленной тем, что Андреева стала жить с Горьким в гражданском браке, то ли начинал выздоравливать и имел отличный аппетит.
По поводу самоубийства (или убийства). Конечно, теоретически большевики были заинтересованы в его смерти при наличии вышеуказанного полиса, тем более, если он действительно отказал им в финансировании. Однако, нет никаких подтверждений о том, что, во-первых они вообще знали о полисе и во-вторых, что Андреева участвовала в их плане по убийству фабриканта и получению денег по этому полису.
Мария Федоровна была, безусловно, увлекающейся женщиной, но не настолько фанатичной и в то же время циничной, чтобы участвовать в убийстве любившего ее человека ради денег для партии. Считается, что она передала товарищам по партии 60 000 рублей, остальные оставила для себя, своих детей и оплатила долги Горького. Если бы она была звеном в заранее разработанном и реализованном большевиками плане по получению страховых денег, ей бы вряд ли оставили больше нескольких процентов.
Существует еще третья версия событий, по которой Савва Морозов сам организовал инсценировку самоубийства, а в закрытом гробу было эксгумированное тело его племянника. Но это уже совсем махровая конспирология.
В заключении этой истории заметим, что возможно она оказала определенное влияние и на творчество Горького. Летом 1905 года, непосредственно после каннского случая, он пишет пьесу “Варвары”.
Там уездная красавица Надежда Поликарповна страстно влюбляется в не самого симпатичного (во всех отношениях) инженера Черкуна. Это несмотря на то, что у нее любящий муж и еще двое воздыхателей. Когда она узнает, что этот Черкун ее не любит, она стреляется из револьвера. Кажется это единственная пьеса писателя, где кто-то из главных персонажей кончает жизнь подобным способом.
Заключение
История со страховым полисом Саввы Морозова, далеко не единственное “занимательное” дело, связанное со страхованием в дореволюционной России. Например, история с фальсификацией несчастных случаев по полисам той же “Саламандры”. Дело вел знаменитый тогда И.Н.Скалуни, начальник Ростовского сыскного отделения, которого называли “южнорусским Шерлоком Холмсом”. После длительного расследования оказалось, что предъявляемые увечья инсценировались с помощью простого укола керосина, который вызывал жуткие опухоли, но потом все благополучно проходило.
Интересно также дело с самоподжогом мебельного склада купчихой 1-й гильдии (!) Меней Вальковной Почтарь, длившееся несколько лет. Но это отдельные истории.
Очень интересная история!
И вероятно, не единичный случай .
Хотелось бы про самоподжог почитать, выплатили ли по полису?